Продолжение истории про мое общение с Госполицией Латвии. Начало здесь.
Нет, ну что вы! Как можно? Ничего личного — просто сейчас у нас такие правила. У кого власть, тот и трактует законы. И отвешивает наказание. Я вот штраф получила — 30 евро. Не так, видимо, трактовала.
И вот сижу я здесь оштрафованная, да думку гадаю. Платить или таки пободаться? С одной стороны, не обеднею, хотя, конечно, лучше бы отправила эту денежку какому-нибудь политическому узнику на тюремный магазин. Зато ведь нервы сберегу? Но с другой стороны, как пели господа офицеры, «кто сберег свои нервы, тот не спас свою честь…»
Да если бы только о моей чести шла речь, а то ведь тут замахнулись на память о моем свекре Викторе Павловиче Березовском, царство ему небесное, который когда-то мальчишкой сбежал на фронт и успел-таки погромить нацистов.
Сказать по правде, бывший матрос-радист КБФ, в 80-е годы став моим свекром, а заодно и начальником в Запрыбе, меня не особо жаловал, когда я вошла в их семью. Доставал своими вечными подколками, постоянно язвил по моему поводу, подсмеивался. Ну, я-то ему отвечала тем же! Кому ж это могло нравится? Тем не менее, я старалась на него не обижаться и как всё, наше тогда большое семейство, звала его батькой. Эх, знал бы наш батька, украинец по национальности, а еще больше — по характеру, что только я одна из всех Березовских останусь на всем «балтийском фронте» биться за него! И подкрепления не будет.
Поэтому, сорри, господа из СГБ и Госполиции! Но утираться не буду, и за 30 сребреников не сдам я своего упрямого, вредного, но заслуженного боевого батьку-ветерана. Штраф буду оспаривать.
Мои доводы вкратце таковы: да, я разместила 9 мая у себя на Фейсбуке рассказ о своем родственнике, уроженце г. Киева и участнике Антигитлеровской коалиции, чтобы почтить его память. Рассказ был проиллюстрирован его портретом, рядом с которым на столе стоял стакан охлажденной водки, накрытый куском черного хлеба — по древней еврейской традиции поминовения усопших. Также на столе лежала подаренная им мне 30 лет назад черно-оранжевая ленточка.
Но при этом, с моей стороны: первое — не было ПРЕСТУПНОГО намерения; второе — не было символа, ЗАПРЕЩЕННОГО ст. 13 Административного закона ЛР; и третье — не было демонстрации чего-либо в ОБЩЕСТВЕННОМ месте.
А раз не было этих главных составляющих, необходимых для квалификации правонарушения по ст. 13. Административного закона, значит и нарушения тоже не было.
На мои доводы инспектор полиции в своем решении ответила, что:
Нет, ну что вы! Как можно? Ничего личного — просто сейчас у нас такие правила. У кого власть, тот и трактует законы. И отвешивает наказание. Я вот штраф получила — 30 евро. Не так, видимо, трактовала.
И вот сижу я здесь оштрафованная, да думку гадаю. Платить или таки пободаться? С одной стороны, не обеднею, хотя, конечно, лучше бы отправила эту денежку какому-нибудь политическому узнику на тюремный магазин. Зато ведь нервы сберегу? Но с другой стороны, как пели господа офицеры, «кто сберег свои нервы, тот не спас свою честь…»
Да если бы только о моей чести шла речь, а то ведь тут замахнулись на память о моем свекре Викторе Павловиче Березовском, царство ему небесное, который когда-то мальчишкой сбежал на фронт и успел-таки погромить нацистов.
Сказать по правде, бывший матрос-радист КБФ, в 80-е годы став моим свекром, а заодно и начальником в Запрыбе, меня не особо жаловал, когда я вошла в их семью. Доставал своими вечными подколками, постоянно язвил по моему поводу, подсмеивался. Ну, я-то ему отвечала тем же! Кому ж это могло нравится? Тем не менее, я старалась на него не обижаться и как всё, наше тогда большое семейство, звала его батькой. Эх, знал бы наш батька, украинец по национальности, а еще больше — по характеру, что только я одна из всех Березовских останусь на всем «балтийском фронте» биться за него! И подкрепления не будет.
Поэтому, сорри, господа из СГБ и Госполиции! Но утираться не буду, и за 30 сребреников не сдам я своего упрямого, вредного, но заслуженного боевого батьку-ветерана. Штраф буду оспаривать.
Мои доводы вкратце таковы: да, я разместила 9 мая у себя на Фейсбуке рассказ о своем родственнике, уроженце г. Киева и участнике Антигитлеровской коалиции, чтобы почтить его память. Рассказ был проиллюстрирован его портретом, рядом с которым на столе стоял стакан охлажденной водки, накрытый куском черного хлеба — по древней еврейской традиции поминовения усопших. Также на столе лежала подаренная им мне 30 лет назад черно-оранжевая ленточка.
Но при этом, с моей стороны: первое — не было ПРЕСТУПНОГО намерения; второе — не было символа, ЗАПРЕЩЕННОГО ст. 13 Административного закона ЛР; и третье — не было демонстрации чего-либо в ОБЩЕСТВЕННОМ месте.
А раз не было этих главных составляющих, необходимых для квалификации правонарушения по ст. 13. Административного закона, значит и нарушения тоже не было.
На мои доводы инспектор полиции в своем решении ответила, что:
Закон Латвийской Республики запрещает использование в общественных местах, в том числе в стилизованном виде, флагов бывшего СССР, республик бывшего СССР и нацистской Германии, униформы их вооруженные силы и репрессивные институты, гербы и гимны, нацистская свастика, символика СС и советская символика. Георгиевская лента — символ Российской Федерации, который изначально символизировал «победу Советского Союза в Великой Отечественной войне». Георгиевская лента — символизирует статус СССР как «освободителя Восточной Европы» и «права» Российской Империи на свою «историческую территорию». Георгиевская ленточка стала символом агрессии и напрямую связана с политическим режимом президента России В. Путина и военной агрессией против территории Украины и не является признаком мира, так как разделяет и ставит общество на противоположные позиции.
Интересная трактовка, конечно, но оставим ее без комментариев, ибо это у нас сейчас чревато. Но здесь непонятно главное — на какой «закон Латвийской Республики» ссылается старший инспектор из Юрмалы? Меня оштрафовали по ст. 13.1 Административного закона, в котором ничего из этого любопытного полицейского пассажа не упомянуто.
Поэтому наложенный на меня штраф, я считаю, ограничением свободы слова, что является нарушением ст. 100 Сатверсме и международных правовых актов. Как журналист, в свое время публично поддержавший борьбу Латвии за суверенитет и независимость, я утверждаю, что подобные ограничения не являются необходимыми в демократическом обществе. Ограничения свободы слова допустимы только в том случае, если они установлены законом.
В связи с этим я, пока еще человек с безупречной биографией — не судимая и не привлеченная, обратилась к начальнику Рижского регионального управления Госполиции с просьбой отменить решение о привлечении меня к административной ответственности и прекратить производство по данному делу в связи с отсутствием административного нарушения.
(Продолжение следует)
Поэтому наложенный на меня штраф, я считаю, ограничением свободы слова, что является нарушением ст. 100 Сатверсме и международных правовых актов. Как журналист, в свое время публично поддержавший борьбу Латвии за суверенитет и независимость, я утверждаю, что подобные ограничения не являются необходимыми в демократическом обществе. Ограничения свободы слова допустимы только в том случае, если они установлены законом.
В связи с этим я, пока еще человек с безупречной биографией — не судимая и не привлеченная, обратилась к начальнику Рижского регионального управления Госполиции с просьбой отменить решение о привлечении меня к административной ответственности и прекратить производство по данному делу в связи с отсутствием административного нарушения.
(Продолжение следует)
Комментарии
Загрузка комментариев...