Стартап — это такой молодой бизнес, в основе которого лежит какая-нибудь идея в области IT. (Мы про таких писали, например, здесь или здесь.)

Обычно стартаперы — молодые ребята (программисты) с горящими глазами, потому что видят ими исключительно Марка Цукерберга или — бери выше — самого Стива Джобса. И, конечно, мечтают повторить их успех. Удивительно, что в Латвии их поддержкой вдруг стало заниматься государство.

Рассказывает Янис Скутелис — партнер фонда FlyCap, в уставе которого написано, что часть выделенных денег уйдет на стартапы. Между прочим, общий бюджет фонда — более 10 млн. евро.
 

Покажите клиентов
 
— Мы познакомились на местной стартаперской тусовке TechHub. Вы были там в поисках новых объектов для инвестиций? Какой результат?
 
— Да, именно так. Уже были разговоры с некоторыми ребятами. К более конкретным переговорам мы переходим, если проект уже имеет клиентов и доход. Правда, обычно команда в это время сама находится в поисках большого инвестора из Силиконовой долины, который сможет вложить в компанию миллионы. Собственно, нам стартап становится интересен, когда у него появляются новые клиенты. Но TechHub — это хорошее место, где объединяются люди, где можно собрать команду для своего проекта.
 
— Что же это такое — стартап? Есть какое-то официальное определение? Или вы пользуетесь каким-то своим?
 
— Важные условия — это бизнес-идея, нацеленная на глобальный, а не местный рынок, и наличие очень энергичной и мотивированной команды, которая хочет стать компанией стоимостью если не в миллиард, то хотя бы в несколько десятков миллионов долларов.
 
— В каких стартапах вы заинтересованы? Можете назвать кого-нибудь из вашего портфеля?
 
— Пока не подписаны договоры, это конфиденциальная информация. Ну, скажем, в таких, как латвийский проект Infogram (успешный сервис для создания инфографики — прим. IMHOclub.lv). Но они уже нашли своего инвестора и сейчас точно не пойдут к локальным фондам. В целом, можно сказать, что все местные стартапы, которые имеют какой-то доход, интересны для нас. Необходимо, чтобы бизнес-модель была уже опробованной.
 
Потому что множество парней приходят к нам со своими идеями. Но не совсем понятно, как они будут добывать клиентов. Вот, скажем, проект Cobook (латвийский сервис по управлению адресными книжками — примечание IMHOclub.lv) был даже куплен американской компанией FullContact. Но там до сих пор нет никаких продаж, полагаю. Так что для нас было бы большим вопросом, инвестировать в такую компанию или нет.
 
Так же как и гейминг-компании. Среди них есть очень успешные. Например, Fearless Wheels (разработанная в Латвии и очень успешная компьютерная игра на тему мотогонок — примечание IMHOclub.lv). Такие игры имеют прибыль, но цикл их жизни может быть очень недолгим — сначала взлет, затем стремительное падение и т.д. Поэтому мы хотя и смотрим на игровые стартапы, но очень осторожно к ним относимся.



Мы познакомились на местной стартаперской тусовке TechHub.
 

И Google был маленьким
 
— Ваш фонд был основан в 2013 году специально для получения денег от Латвийского агентства гарантий...
 
— Да, мы выиграли конкус и получили деньги наряду с двумя другими фондами.
 
— Как так случилось, что государство (в лице агентства, а затем и вашего фонда) вообще финансирует в такой рискованный вид бизнеса, как стартапы? Такое разве практикуется, например, в Силиконовой долине? Разве это не прерогатива частного бизнеса — так рисковать?
 
— В данном случае деньги идут не из латвийского госбюджета, а из Европейского фонда регионального развития (ERAF), который имеет специальные программы поддержки стартапов. Также поддерживает предпринимательство и инновации Европейский инвестиционный фонд (EIF). Такие программы работают в Литве, Эстонии и на других рынках…
 
В Сингапуре государство выделяет гранты в 50 тысяч сингапурских долларов в пропорции семь к одному с деньгами самих стартаперов или других инвесторов. В Великобритании другие практика — для бизнес-ангелов, инвестирующих в стартапы, действует специальные налоговые послабления. Многие страны стараются как-то поддержать эту сферу.
 
— Зачем? Ведь стартапы — это не какие-нибудь новые заводы... Обычно это команды из нескольких человек-энтузиастов, готовых работать год или больше бесплатно — в надежде стать когда-нибудь биллгейтсами. Какой толк экономике этих стран от того, что они создают питательную среду для таких стартаперов?
 
— Да, действительно, стартапы это очень рискованная зона для инвесторов. И частные инвесторы нередко боятся вкладывать в стартапы свои деньги. Но именно государство должно это делать. Потому что маленькие компании могут стать со временем большими — Google тоже когда-то был маленькой фирмой. К тому же стартапы приносят на рынок инновации.
 

Полтора года на поиски
 
— Есть ли какие-то стартапы в портфолио фонда уже сейчас?
 
— Мы — новый фонд. И поэтому пока что имеем  в нашем портфолио только одну компанию, в которую уже вложили деньги. Но ведем переговоры с еще одним стартапом и с еще одной «просто компанией». К сожалению, пока не могу их назвать.
 
— Вы имеете ограничение по времени и сумме — согласно условиям получения денег от Государственного агентства гарантий…
 
— У нас осталось всего полтора года, чтобы найти все объекты для инвестирования. Фонды, наподобие нашего, обычно вкладывают деньги на четыре года. Мы будем пытаться вложить деньги примерно в десять компаний, и половина из них будет стартапами.
 
— Вы должны в итоге вывести эти компании на рынок и продать. Кому? Кто идеальный покупатель для вас?
 
— Да, мы должны или продать компании, или сами выкупить доли этих предприятий. В качестве покупателей обычно выступают какие-то крупные игроки в этой индустрии. Не обязательно именно Google, Yahoo, Facebook. Эти обычно покупают совсем большие проекты.
 

Проект на миллион
 
— Как я поняла, вы не очень удовлетворены качеством и количеством местных стартапов. Правильное впечатление?
 
— Разве я говорил это? (Улыбается.) Уже то хорошо, я считаю, что бизнес-идеи посещают людей. То есть мы живем не совсем как в пустыне. Но, конечно, много сложностей: встречаются люди, у которых есть просто идея и ничего больше. Есть команды, у которых даже имеется некий прототип продукта, что-то что можно посмотреть. Но они еще не научились этот продукт продавать — то есть устанавливать цену на продукт и искать клиентов. Случается, что такие ребята говорят: наш проект оценивается в миллион. А при этом у них нет работающей бизнес-модели, нет клиентов и нет собственно продаж.
 
Именно поэтому многим необходимо учиться разных вещам, и именно поэтому существует потребность в таких организациях и местах, как, например, место проведения встреч TechHub или инкубатор стартаперов, компания eegloo (об этой компании мы тоже писали — прим. IMHOclub.lv). И конечно, когда мы общаемся с различными командами, тоже высказываем свое мнение. Что надо изменить в продукте, чтобы он стал интересен. Это тоже своего рода обучение.
 
Я думаю, что стартаперам в Латвии следует быть более энергичными и настойчивыми. Они не должны стесняться и всегда и везде спрашивать, что необходимо, чтобы люди захотели купить их продукт и т.д. А наши стартаперы не всегда ищут отзывов. Может быть, они думают, что лучше знают, что они умнее всех? Самая распространенная ошибка — думать, что у вас самый лучший продукт, и вообще не воспринимать критику.
 
— Какая основная проблема, на ваш взгляд, у местных стартапов? Каких знаний им не хватает?
 
— Знаний, как продавать продукт. С программированием здесь все окей. А вот если вы найдете хорошего продажника, считайте, вам крупно повезло. Таким людям надо быть эмоциональными, энергичными, уверенными в себе. Здесь, в Латвии, с этим проблемы. Но по большому счету, если продукт хорош, как правило, нет проблем его продать.
 

Способ осуществить мечту
 
— Очевидцы рассказывают, что подобному тому, как в Голливуде каждый официант мнит себя будущей кинозвездой, так и в Силиконовой долине каждый носит в себе какую-то идею нового мобильного приложения или интернет-сервиса. Вы мечтаете о чем-то подобном в Латвии?
 
— Это было бы хорошо. Потому что я поддерживаю каждого, кто открывает свой бизнес. Это дает ключ к процветанию наших людей и всей страны. Но, конечно, все зависит от личных качеств человека. Не каждый хочет и может быть предпринимателем. Многим достаточно просто работать на своей работе и получать достойное вознаграждение. Но другие мечтают о свободе, путешествиях, потягивании какого-нибудь латте где-нибудь на пляже. И стартап как бизнес — один из способов осуществить мечту.
 
— Есть ли статистика, какой процент стартапов в итоге становится успешным?
 
— Могу сказать о нашей собственной статистике. Из сотни приложений, которые хотели бы получить финансовое вливание, чтобы выйти на новую мощность, от нас получают инвестиции одно или два. Я думаю, похожая ситуация и в других странах. Если говорить о проценте успешных стартапов в целом, думаю, это может быть один или максимум три процента. Потому что очень сложно найти действительно хорошую бизнес-идею. Одних только мобильных приложений существует столько!
 
— Вы сами когда-нибудь были стартапером?
 
— Да. Создал сервис zeltarokas.lv. Потратил около двух тысяч евро на программирование и (чуть-чуть) на раскрутку сайта. Это такой сервис для фрилансеров — репетиторов, нянь, копирайтеров. Но я не сильно вкладывался в продвижение и сам был достаточно занят, чтобы заниматься этим сервисом плотно. К тому же этот сервис все равно имеет лишь локальный масштаб. Поэтому я этот проект дальше не развивал, но он сейчас работает сам по себе.
 
Но поскольку я всегда был неравнодушен к IT-сфере и стартапам, то стал сооснователем eegloo с первых дней работы этого инкубатора стартапов. Потому что одному продвигать какую-то идею сложно. Существуют специальные исследования, что те стартапы, в которых есть хотя бы два участника, намного успешнее. В идеале на первом этапе в команде надо иметь хотя бы три человека — CEO, продажника и программиста. Тогда можно двигаться вперед…
 

…В конце разговора Янис поинтересовался, имеются ли у меня какие-то идеи для стартапов. Сказал, что давно уже задает всем и каждому вопрос: есть ли у него идея для стартапа или, может быть, какая-то проблема, которая не решена существующими IT-продуктами. У меня такие идеи и проблемы были. А у вас?